Ирина Леонидовна, трогает Ваше произведение! Вы знаете, сразу вспомнилось посещение семинара в ФИАНе, в теоротделе Гинзбурга в самом конце 1986-го. Бросилось в глаза поведение публики перед началом работы - впереди огромного зала пустые несколько рядов и только два человека сидят в этой пустоте, пожилой мужчина и рядом довольно молодая женщина. Потом от них внимание отвлеклось, а уходя из института, в административном коридоре увидел идущую навстречу ту же пару. Люди передо мной чуть ли не в стену вжимались от них. А вечером в ДАСе (Дом аспиранта и стажёра МГУ в Черёмушках), где я тогда жил, услышал по радио, что М.С. Горбачёв поговорил по телефону (для чего в квартире установили аппарат и тут же унесли!) с Андреем Дмитриевичем в Горьком и разрешил ему вернуться в столицу. Я тогда понял, кого видел в ФИАНе! Портретов-то АД нигде и никогда не было...Это уже потом, съезд, трансляции, свист. Вопль одной учительницы там "Позор вам, товарищ академик!" или что-то подобное. И ещё хотелось бы помнить роль и значение для самого АД его верной жены Елены Боннер. Они оба знали, на что шли. Если не ошибаюсь, она - участник войны, смелая, сильная женщина. И опора мужу. А бомба, что ж, жизнь была такая. Но есть среди физиков анекдот о банкете после удачного испытания с диалогом Сахарова, как именинника и маршала Неделина, если не ошибаюсь. Да это не важно, как звали офицера. Главное - первый тост, произнесённый АД: "Чтобы никогда это оружие не было применено!" Извините, расписался что-то.
0
[