НАЧАЛЬНАЯ
ШКОЛА
ОСНОВНАЯ
И СРЕДНЯЯ
ОБОБЩЕНИЕ
ОПЫТА
КОММЕНТАРИИ
еще...
Светлана Павловна, спасибо. Выручили. Особая благодарность за автоматизированную...
Спасибо, Галина Геннадьевна, за очень добрые и тёплые слова в адрес шаблонов! Оч...
Зоя Андреевна, спасибо! Скачала для работы и использовала уже. Заметила, что ваш...
Золотые и серебряные монеты старого образца продают в отделениях Сбербанка. Цена...
Ольга Михайловна, мне очень приятно, что Вам понравились и одобрены мои шаблоны....
ОНЛАЙН
irlemar1971, mopZTG8i

Глава 20. Почему ты все время одна?

Блог kasatka555



ЧАСТЬ 1. СТУПЕНИ ЮНОСТИ


Глава 20. Почему ты все время одна?



Возвращаться в город не хотелось, но пришлось. Как и все хорошее, каникулы кончились, и снова потянулись учебные будни. Настя не стала рассказывать Наталье о разговоре с Анечкой и запретила ей вообще упоминать о происшествии на карнавале. Та попыхтела, но смирилась. Но ужасное Анечкино признание не выходило у Насти из головы. А если, правда, у нее будет ребенок, замирая, думала она. Когда он родится: летом или осенью? Наверно, уже через пару месяцев станет заметно. Интересно, знает Вадим об этом? Неужели он и вправду ее бросил из-за меня? И как это можно: бросить, если все было? Наверно, он к ней вернется, когда узнает о ребенке. Почему она тянет, не говорит ему? И как же это можно: обнимать одну, а любить другую? А я? Разве я смогу − с ним после всего? Да никогда! Буду все время думать, как у него было − с ней. Господи, до чего же больно!

Умная Наталья, хоть и не знала, в чем дело, посоветовала брату и его другу оставить Настю на время в покое. У Анечки тоже хватило ума не болтать об их разговоре, − понимала, что Вадим никогда ее не простил бы. Ведь насчет задержки она соврала, никакой беременности не было. Анечка знала, что у него с Настей по-прежнему ничего нет, и потому продолжала надеяться на возобновление отношений. На лекциях садилась рядом, просила помочь с трудными заданиями и даже проводить домой, если они дотемна задерживались в лаборатории. Он никогда не отказывал, − но и только. Их близость были весьма непродолжительной и давно закончились, − но она продолжала его отчаянно любить, хотя понимала, что таких же чувств он к ней никогда не испытывал. Сблизился от одиночества и по душевной доброте: видел, что она умирает по нему, и понадеялся, что у них все получится. Но не получилось, − девочка с глазами фиалки взяла верх.

Январь и февраль пролетели − лицеисты и не заметили как. Наталья тянулась за Настей изо всех сил, но к концу третьей четверти стала выдыхаться, − скатилась на трояки по всем предметам и уже не пыталась их исправить. К тому времени класс резко разделился на тех, кто преуспевал в учебе, и тех, кто оказался в хвосте. В передовиках числились Павлик, уже освоивший программу даже одиннадцатого класса, Денис, давно выправивший свой почерк, и Настя, отдававшая всю себя учебе.

В аутсайдерах оказались Наталья с Акпером. Им приходилось чаще других оставаться после занятий − исправлять оценки или доделывать работу, с которой не успели справиться на уроке. Поэтому они вскоре подружились. Акпер признался Наташке, что попал в лицей благодаря дяде − крупному бизнесмену. Он нанял племяннику самых лучших педагогов и нажал на нужные рычаги, поэтому Акперу удалось просочиться в лицеисты. Но с программой парень не справлялся и, если бы не дядино заступничество, давно бросил надоевшую учебу.

Беленькая Наташка понравилась азербайджанскому пареньку с первого взгляда. Он постоянно оказывал ей знаки внимания: то сунет в сумку шоколадку, то положит на стол букет первых подснежников. Наталье это льстило, − она благосклонно принимала презенты и позволяла себя провожать, хотя сама к нему никаких особых чувств не питала. Но Акпер полагал, что раз девушка принимает подарки, значит, она согласна стать его возлюбленной, нужно только немножко подождать. Хотя бы до окончания этого года − и можно делать официальное предложение. Ей будет семнадцать − пора выходить замуж. Зачем дальше учиться? − он ее всем обеспечит. Отвезет к родителям, а сам окончит лицей и поступит в МГУ, − дядя устроит. Он даже написал родным, что полюбил русскую и хотел бы на ней жениться. И послал фотографию, где Наталья стояла, обняв березку, − он сделал этот снимок, когда они выезжали всем классом на природу. Она там получилась такая прелестная, что у него всякий раз щемило сердце при взгляде на эту фотокарточку. Он надеялся, что и его родители не останутся равнодушными к такой красавице. Так и случилось. Вся родня, без памяти любившая своего мальчика, прониклась пониманием к его чувствам и одобрила выбор.

Наталья, понятия не имевшая об этих планах, смотрела на ухаживания Акпера сквозь пальцы, тем более, что он никогда не пытался ее приобнять и не лез целоваться. Ей самой поочередно нравились сначала одноклассник Сережа Касаткин, потом лаборант Валера с кафедры физики, и, наконец, старшекурсник с пятого этажа, имени которого она не знала. Каждую перемену она бегала наверх полюбоваться его роскошной шевелюрой и греческим профилем. Правда, он ее в упор не замечал, но это Наталью не останавливало. − Я поняла, что любовь может и не быть взаимной, − пылко признавалась она Насте, − главное, испытывать это чувство, оно так греет!
− Но зачем ты Гаджиеву голову морочишь? Он же за тобой по пятам ходит. Если не нравится, скажи ему прямо.
− Да пусть ходит! Смотри, какую он прикольную заколку подарил, незабудки, как настоящие.
− Наташа, это нечестно. Он ведь рассчитывает на взаимность.
− Да ладно! Все равно за мной больше никто не ухаживает. На безрыбье и рак рыба. Настя, похоже, за год у меня будут все трояки, кроме английского и физкультуры. Учу, учу, и все без толку. Как я от всего этого устала, ты не представляешь.
− Сочувствую.
− Знаешь, я, наверно, попробую перейти в медколледж после десятого. Закачу родителям скандал, пусть нанимают преподавателей, чтобы летом попытаться поступить. Попрошу Юдину дать мне телефоны, с кем она занималась. Вдруг получится?
− Ну и правильно. Раз решила стать врачом, туда тебе и дорога.
Вечером Насте неожиданно позвонила Наташкина мама:
− Настенька, ты не могла бы к нам зайти? Хотим с тобой посоветоваться.
Надо же! − удивилась про себя Настя. И какой я могу дать совет многомудрой Белле Викторовне? Даже интересно.
Но когда она вошла в Наташкину комнату, сразу догадалась, о чем пойдет речь. Родители подруги с расстроенными лицами сидели на диване, надутая Наталья − в кресле, а ее братец, скрестив руки на груди, с недовольным видом подпирал стенку.
− Вот, Настенька, − страдальчески произнесла Белла Викторовна, − Наташа объявила, что хочет бросить лицей. С таким трудом туда пробилась, а теперь решила уходить. Хоть ты вразуми ее.
− Но, Белла Викторовна, она хочет стать врачом, − попробовала возразить Настя, − может быть, ей, действительно, лучше перейти в медицинский колледж? Там и биологию глубже дают, и химию. И основы медицины. Зачем ей столько математики, если она там не нужна?
− В мединституте высшую математику читают весь первый курс, − вмешался Никита. − И где гарантия, что она после этого медколледжа туда поступит? После нашего лицея туда все поступают, а в этом колледже знания дают − хуже некуда. Только используют девчат в качестве нянечек да санитарок. И никаких привилегий при поступлении.
− Неправда! − крикнула Наташка. − При равных баллах у них преимущество.
− Когда б ты набрала те баллы, − съязвил братец. − За год всю физику забудешь. И вообще никуда не поступишь. Просто, тебе лень заниматься, вот и ищешь, где полегче.
− Заткнись! − заорала Наташка, покраснев от возмущения. − Тебя это вообще не касается! Не слушайте его, − повернулась она к родителям. − Ему лишь бы сказать мне гадость.
− Ну и дура! − Никита оторвался от стенки и вышел, хлопнув дверью. В комнате воцарилось молчание.
− Вам денег жалко, да? − Наташка пустила слезу. − Тогда так и скажите. Конечно, на машину этому козлу не жалко, а мне жалко.
− Дело не в деньгах, дочка, − мягко возразил Наташкин отец. − Нам для тебя ничего не жалко. Но, может, тебе все же следует продолжить образование в лицее, а на будущий год наймем репетиторов прямо из мединститута?
− Да не могу я больше, поймите! Одни трояки да пары − попробовали бы сами быть хуже всех. Ну, нет у меня математических способностей. А в нашем лицее все на одной математике держится. А дежурить в больнице мне нравится. Папа, мама, умоляю, наймите мне сейчас репетиторов из колледжа. Вот увидите, я поступлю. Землю буду рыть, а поступлю!
− А ты что скажешь, Настенька? − обратился Наташкин отец к Насте. − Ты такая разумная девочка, всегда была для дочки примером. Как поступить?
Как им поступить? Настя растерялась. Что тут можно сказать? Вроде, каждый прав: и Никита, и Наталья, и ее родители. Разве может она, Настя, за них решить, что делать. А они смотрят на нее с такой надеждой, особенно Наташка.
− Послушайте Наташу, − вдруг решилась она. − Не надо ее мучить. Этот год ей дал очень много, да он еще и не кончился. Еще целую четверть учиться. В медколледже она навыки всякие приобретет: уколы делать, компрессы ставить. Таня говорит, там всему учат.
В это время зазвонил телефон. − Это тебя. − Белла Викторовна передала Насте трубку. − Твоя мама.
− Ты еще долго? − В голосе Галчонка звучало нетерпение. − Что там опять стряслось?
− Иди, иди, − кивнула ей Наташкина мама. − Мы теперь сами. Спасибо тебе.
− Слава богу! − обрадовалась Галчонок, выслушав вернувшуюся дочь. − Наконец-то она оставит тебя в покое. Сколько можно ее тянуть − как бегемота из болота.
Настя и сама была рада уходу подруги. В последнее время совместные домашние занятия стали ее тяготить. Из-за Натальи приходилось сильно тормозить, объясняя по десять раз одно и то же. На это у Насти уходило много драгоценного времени, которое она могла бы потратить с большим толком на себя.
− Сказали, будут думать, − позвонила ей вечером Наташка. − По-моему согласятся. Спасибо тебе, если бы не ты, точно отказали бы. Все из-за этого гада, моего братца. Представляешь, машину у них клянчит, а тут из-за меня дополнительные расходы. Машина ему нужна, − трахать свою корову на природе. Дома я ему мешаю.
− Наташа, перестань! − возмутилась Настя. − Знаешь, что не люблю эти разговоры. Ты давай, звони Юдиной. Куй железо, пока горячо.
− Уже нет нужды. Оказывается, директриса этого колледжа лежит у матери в больнице. Она с ней уже познакомилась. Думаю, не случайно эта директриса там оказалась, ведь моя маман такая ушлая. Небось, прознала про ее болячку и через знакомых посоветовала лечь к ним.
− Здорово! Ты давай, нажимай на родителей, чтобы поскорее начать заниматься с репетиторами.
− Да уж теперь нажму. Не сомневайся.
Через неделю к Наташке пришла репетитор по химии Серафима Владиславовна − модно одетая дама с золотыми кольцами на всех пальцах. Побеседовав с Натальей, химичка удивленно отметила, что знания у девочки неплохие, только их надо приблизить к медицине. И посоветовала приобрести у нее учебник химии, изданный мединститутом. Она же порекомендовала им профессора биологии, подрабатывавшего в колледже. И Наташка с увлечением набросилась на занятия.

Поскольку Белла Викторовна нашла общий язык с начальницей колледжа, в Наташкином поступлении теперь можно было не сомневаться. Один Никита ходил с недовольным видом − покупку машины из-за репетиторов надолго отодвинули, чему Наташка тихо радовалась, но виду не показывала.
Теперь Настя частенько делала уроки одна. Наталья больше не стремилась зарабатывать на математике четверки, а с остальными предметами она справлялась и без помощи подруги. Репетиторы старались не зря есть свой хлеб, поэтому у Наташки почти не было свободного времени. И подруги стали постепенно отдаляться друг от друга. Тем более, что теперь после уроков провожал Наталью Акпер, − а Насте совсем не улыбалось быть третьей лишней.

Наконец, наступили долгожданные весенние каникулы. Правда, весной еще и не пахло. В этом году каникулы начались на неделю раньше обычного: органы образования решили подсократить длиннющую третью четверть, чтобы дать школьникам отдохнуть. Но в середине марта в их краях обычно свирепствовали пыльные бури, когда бешеный ветер приносил из близких степей снег, смешанный с землей. Даже небо темнело, а на зубах скрипел песок. Поэтому на улицу носа было не высунуть − и волей-неволей приходилось заниматься. Тем более, что учителя не поскупились на задания.
Выглядывая во двор, Настя ежедневно обнаруживала на лавочке Акпера, поджидавшего Наташку. Та выскакивала из подъезда, и они вместе куда-то отправлялись.
− Но он же не лезет ко мне, − оправдывалась Наташка в ответ на Настины упреки, − мы просто ходим в кино или кафе. Если только попробует меня лапать, я его сразу направлю. А пока − ну пусть ходит, мне не жалко. Он мне всегда мороженое покупает или шоколадку.
По закону подлости каникулы кончились, когда, наконец, проглянуло солнышко и ветер утих. Газоны быстро зазеленели, почки на жерделах порозовели, а небо стало высоким и ослепительно синим. Наступила настоящая весна, когда отчаянно хочется гулять и влюбиться, а надо рано вставать и учиться.
− Ну, на фиг мне эти производные! − стонала Наташка, открывая задачник по алгебре, − я, наверно, в том колледже буду круглой отличницей. Скорее бы этот год кончился. Только бы пару не отхватить на математике.
После уроков она опять уходила домой со своим провожатым. Настя устала упрекать подругу и махнула на нее рукой. В конце концов, это личное дело Наташки. Нравятся ей эти ухаживания − ну и пусть.
С Вадимом ни в лицее, ни где-нибудь еще Настя не пересекалась, и боль от мыслей о нем как-то притупилась. Встретив однажды на лестнице Никиту, она поразилась выражению его лица: обычно веселый и самодовольный Наташкин брат выглядел мрачным и подавленным. Не прыгал, как всегда, через две ступеньки, а угрюмо плелся по лестнице и только кивнул в ответ на Настино приветствие.
− Что это с ним? − встревоженно спросила она подругу. − Заболел, что ли? Ходит, плечи опущены, даже нос повис.
− Хо! − радостно воскликнула Наташка. − У него такой облом! От ворот поворот получил − от толстой Светки. Она выходит замуж. За односельчанина, представляешь? И предложила Никите быть свидетелем в загсе. Братца аж перекосило от такой новости. Ой, как я рада! Вот она его уела.
− Но он же ее не любил. Чего же так переживает?
− Конечно, не любил. Какая тут может быть любовь − с бородавкой на носу. Просто, ему досадно, что она первая его бросила. Молодчина! Я ее даже зауважала после этого. А у тебя что новенького в личном плане?
− Ничего. Нет у меня никаких личных планов, − ты же знаешь.
− Да знаю, знаю.
− А если знаешь, чего спрашиваешь? Чтобы позлить?
− Да нет, − я просто так. Даже не знаю, о чем с тобой говорить. Что ни спросишь, ты или ругаешься, или обижаешься.
−А ты не говори, если не о чем.
Настя отвернулась от Наташки и подошла к окну. Та молча собрала учебники и ушла к себе. А Настя вернулась к столу и продолжила решение дифференциальных уравнений.
Около четырех часов прилетела Лялька − позаниматься с матерью английским. Ученики у Галчонка постоянно менялись, и только Лялька дважды в неделю неизменно появлялась у них в доме.
− Лялечка, ты же в вашей группе английский знаешь уже лучше всех, − убеждала ее Галчонок, − тебе что, денег не жалко? Не нужны тебе никакие дополнительные занятия.

Но Лялька упорно продолжала являться и аккуратно оплачивала все уроки, − за что мать к ней особенно благоволила: приглашала к столу и не возражала, когда отец отвозил припозднившуюся девушку домой. Настя тоже подружилась с рыжеволосой певуньей, − тем более, что та, в отличие от Наташки, никогда не лезла к ней в душу с досужими расспросами. Наоборот, Лялька сама рассказывала Насте о своих многочисленных ухажерах, которыми вертела, как хотела, − но близко к себе никого не подпускала.
− Неужели тебе никто из них не нравится? − допытывалась Настя. − Этот Володя Пономаренко из вашей группы − он в тебя ведь безумно влюблен, невооруженным глазом видно. А сам такой славный. И еще этот беленький, не знаю его фамилию, за тобой бегает. Он, кажется, с третьего курса. Красивый такой: сероглазый, с темными бровями.
− Они мне все нравятся, − смеялась Лялька. − Нравятся многие, а люблю одного.
− И кто же этот счастливец? Я его знаю?
− Нет. Ни ты, и никто другой. Его знаю только я.
− А он тебе отвечает взаимностью?
− Ему нельзя. Он женат.
− Женат? − поразилась Настя. − Ты что, с ума сошла? Как это можно: любить женатого?
− Еще как можно! Я его безумно люблю! Люблю каждую его клеточку, каждую морщиночку! Я дышу им! Засыпаю и просыпаюсь с его улыбкой − уже почти год. Только он об этом не знает и никогда не узнает. Поэтому все наши студенты мне до лампочки.
− Наверно, это кто-то из преподавателей?
− Не спрашивай, все равно не скажу. Под пыткой не скажу.
− Ляль, но ведь это бесперспективно. Ты же не собираешься разбивать его семью?
− Конечно, нет! Буду любить, и все. Пока любится. А там − как получится. Ладно, забудь, что я тебе наговорила. А то еще ляпнешь кому-нибудь, и пойдут слухи по институту.
− Нет, что ты! Я чужие тайны не выдаю.
− А ты сама? − Лялька внимательно посмотрела на Настю. − Почему все время одна? Неужели никто не нравится? Я смотрю: ты все дома да дома. Ведь весна − самое время на свиданки бегать. Вон твоя подружка, − я ее частенько с этим черномазым вижу. Он кто: грузин какой-нибудь или чечен?
− Азербайджанец.
− И что у нее с ним: серьезно?
− Да нет, − просто так ходит. От скуки. Пока никого получше не подцепит. Я ей говорю, что так нельзя, да разве она слушает.
− Азербайджанец? Сложная нация! Зря она с ним так, − может и нарваться. Ты ее предупреди: они обиды не прощают. Ну, а у тебя кто на сердце − признайся. Я же с тобой поделилась.
− Я тоже люблю несвободного парня, − вдруг решилась на откровенность Настя. − Я ему раньше нравилось, да и сейчас он, вроде, ко мне неравнодушен. Но одна студентка, кажется, ждет от него ребенка.
− Кажется или ждет?
− Точно не знаю. Но какая разница? Раз у них все было, значит, со мной у него уже ничего быть не может.
− Да почему? Мало ли что у кого было. Главное: что есть и что будет. У тебя был с ним секс?
− Да ты что! Конечно, нет! Вообще ничего не было. Даже не целовались. Один раз он хотел меня поцеловать, но я убежала. Это было еще год назад.
− Да. Сложная штука любовь. Ужасно хочется взаимности, − а нельзя. Но ты не падай духом: раз он пока свободен, может, его еще и заполучишь.
− А ребенок? Он, как узнает, точно на ней женится. Он такой совестливый!
− На каком она курсе?
− На первом. Факультет информатики.
− Что-то я не слышала, что там кто-то беременный. На третьем, знаю, есть две девчонки и на втором одна с пузом ходит. Такие слухи быстро распространяются. Хочешь, узнаю точно? Как ее фамилия?
− Не знаю. Знаю, что зовут Аня. Тоненькая такая, светленькая, с локонами до плеч.
− Все, я знаю, кто это. Анька Тенчурина. Она за Тумановым бегает. Так вот твоя зазноба: Вадька Туманов. Красивый парень − действительно, в такого влюбиться можно только так. Он с Белоконевым дружит, который был на карнавале Дедом Морозом.
− Это Наташкин брат. Они живут напротив нас.
− То-то я с ним пару раз у вас на лестнице встречалась. Но, насколько я знаю, у Туманова с Тенчуриной сейчас ничего нет. Может, ты преувеличиваешь?
− А беременность? Она мне сама сказала. На карнавале. Сказала, что у них все было.
− Она?! Тебе?! Такое сказала?! Вот идиотка! Да она наврала! Специально! Значит, у них не получилось − из-за тебя. Значит, он тебя любит. Радуйся!
− А если она и вправду беременная? Тогда все − он на ней все равно женится.
− Брехня! Если бы это была правда, он бы уже знал. Все бы знали. А они всегда врозь − на переменах и после занятий. Ладно, я про это аккуратно узнаю.
− Как?
− А у девок из их группы. Если на физкультуре отпрашивается, значит, у нее бывает течка. А у беременных месячных не бывает. Ее вообще от физкультуры освободили бы. Завтра же и узнаю.
− Только про меня ни слова. Обещаешь?
− Да о чем речь! Жди, завтра скажу.
Назавтра, разыскав на большой перемене Настю, Лялька сообщила, что Тенчурина все выдумала: на физкультуре она регулярно отпрашивается и живот у нее абсолютно плоский. − Может, у нее с Тумановым вообще ничего не было, − возбужденно тараторила Лялька, − а ты переживаешь. Давай я с ним поговорю?
− Не-е-ет! − завопила Настя на весь коридор. − Ни в коем случае! Слушай, Ляля, забудь! Умоляю! Я тебе ничего не говорила. Поклянись!
− Ладно, ладно, − торопливо кивнула Лялька, испуганно глядя на нее. − Да не переживай ты так. Я забуду, забуду, уже забыла.
И она убежала на свой этаж. А Настя, испытывая непонятное облегчение и другие сложные чувства, направилась в класс, где на предстоящем зачете по химии эти чувства оказались весьма некстати.

Глава 21. Несчастье
Перейти в оглавление



ссылки
Новые записи:
С Днем Победы! ПОБЕДА! Май 19... (4)
ДИАГНОЗ ПО ДЕНЬГАМ (1)
Пасхальная радость (12)
22 апреля - Международный ден... (6)
Великие люди планеты. (4)
Кто на ракете, кто пешком. (8)
С Масленицей! Из истории праз... (3)
С праздником, дорогие женщины! (6)
Стихотворение: "Воспоминания" (4)
А с чем рифмуется весна? (14)
1358
1
vedvalya@ya
#1 | 24.05.2015 | 10:08 | 0 [Материал]
Как же все лихо перемешано! Но очень интересно! Спасибо, Ирина Леонидовна, за удовольствие от чтения! Что же будет дальше!?




БУДЬТЕ С НАМИ
Регистрация
Подписка
Вход на сайт
Используя cайт, Вы соглашаетесь с Правилами Портала.
Запрещается использовать сайт детям до 12 лет (12+)
E-mail администратора admin@easyen.ru
ИП Соловьев Павел Евгеньевич, ИНН 432909221321.


Нашли ошибку?
Выделите ошибку мышью
и нажмите Ctrl+Enter (?)
Наши соцсети