НАЧАЛЬНАЯ
ШКОЛА
ОСНОВНАЯ
И СРЕДНЯЯ
ОБОБЩЕНИЕ
ОПЫТА
КОММЕНТАРИИ
еще...
Светлана Павловна, спасибо. Выручили. Особая благодарность за автоматизированную...
Спасибо, Галина Геннадьевна, за очень добрые и тёплые слова в адрес шаблонов! Оч...
Зоя Андреевна, спасибо! Скачала для работы и использовала уже. Заметила, что ваш...
Золотые и серебряные монеты старого образца продают в отделениях Сбербанка. Цена...
Ольга Михайловна, мне очень приятно, что Вам понравились и одобрены мои шаблоны....
ОНЛАЙН
MiraSan, natamarch, Mos-Lena60

Глава 33. Питерский университет

Блог kasatka555



ЧАСТЬ 1. СТУПЕНИ ЮНОСТИ


Глава 33. Питерский университет



Вот и лето прошло – словно его и не было, думала Настя, укладывая свои нехитрые пожитки в багажник дядиной машины. Они с Натальей еще раз проверили свой грибной домик, где прожили почти месяц, – не забыли ли чего, тепло попрощались с артельщиками и бригадиром, забрались в машину и покатили в Москву, где им предстояло надолго расстаться: Наталья возвращалась домой, а Настю ждал Петербург.

Время в лесу пролетело незаметно. Настя вначале опасалась, что подруга заскучает без телевизора и привычных удобств, но Наталья моментально освоилась, будто всю жизнь провела среди этих сосен и елок. Она быстро сдружилась со старенькой сборщицей грибов бабой Катей, знавшей все близлежащие леса, как свои пять пальцев. Баба Катя называла Наташку не иначе как внученькой и благоволила к ней со дня их приезда. Она проживала в деревне, где у нее был большой добротный дом, в котором, кроме нее жили кот Василий и пес Соколик − дворянской породы, но чрезвычайно смышленый. Муж бабы Кати умер два года назад от сердечного недуга, дочь давно вышла замуж и жила с мужем и двумя дочками во Владимире, наезжая к матери, в основном, за лесными дарами. Когда в широкой горнице бабы Кати Настя подошла к стене с фотографиями, ей стало понятно благоволение старушки к Наталье: ее дочь была, как две капли воды, похожа на Настину подружку. Из-за этого поразительного сходства баба Катя несколько дней выпытывала у Наташки сведения о ее ближних и дальних родственниках: все искала возможную родню. Но к глубокому разочарованию так и не нашла.

Поскольку приветливой старушке было далеко за семьдесят, огородные работы были ей не под силу, и потому картофельные грядки за домом так заросли сорняками, что чахлых кустиков картофеля среди них совсем не было видно. Подружки быстро положили конец этому безобразию: все пропололи, вымыли в доме окна и навели порядок во дворе. Кроме картофеля, баба Катя ничего не выращивала и даже кур не имела, − на жизнь ей хватало пенсии и грибных денег.

В благодарность за помощь баба Катя угостила трудолюбивых девчат невиданным лакомством под местным названием «каймак». Оно изготавливалось из топленых пенок, сложенных в несколько слоев, − ничего вкуснее Настя в жизни не ела. Старушка показала подругам самые грибные места и неизменно сопровождала их в поисках лесных даров. Ежедневно они с Наташкой до отвала объедались ягодами на брусничных и голубичных полянах, благодаря чему их личики посвежели и приобрели здоровый румянец.

Следуя советам и подсказкам доброй старушки, Наташка быстро научилась разбираться в грибах, а Настя их и так прекрасно знала, − и потому девчата ежедневно перевыполняли план. При расчете им выдали на руки такие суммы, о которых они не могли и мечтать. Наташка от восторга даже запрыгала и расцеловала улыбчивого бригадира Трофима Матвеевича − к его великому удовольствию.

Дважды Насте звонили по мобильнику отец и бабушка. Отец сообщил, что на следующий день после его выписки из больницы у Ляльки начались схватки, − еле успели довезти до роддома, где она родила здорового мальчика весом в три с половиной килограмма и ростом пятьдесят два сантиметра. И поинтересовался у засопевшей Насти, как бы она предложила назвать братика. На что дочь, с трудом сдерживая ярость, процедила, что ей это глубоко безразлично. Отец на эти слова только тяжело вздохнул. Помолчав, он добавил, что машину продал тому армянину, а теперь у них новый опель, − деньги добавили Лялины родители в благодарность за внука. От этого сообщения у Насти так испортилось настроение, что она, еле процедив «поздравляю», немедленно вырубила сотовый, села под елкой и с наслаждением разревелась. Сидевшая рядом Наташка только сочувственно вздыхала. Слов утешения у нее не находилось: ведь она выросла рядом с этой семьей и хорошо помнила их лучшие дни.

Зарочка прокричала, что мать еще раз звонила, просила, чтобы о ней не беспокоились и не искали. Сказала, что домой никогда не вернется и из прежних вещей ей ничего не нужно. И что на днях вышлет нотариально заверенный отказ от прав на квартиру и имущество. От этих сообщений у Насти на душе немного отлегло: теперь можно хотя бы не думать о проблемах с квартирой, которую Нина сдала под офис заезжей строительной бригаде.
В общем, все складывалось более-менее благополучно, и потому Настя изо всех сил старалась не падать духом. Ведь она ничего не могла изменить. Взрослые и самые любимые люди, отец и мать, покинули свою дочку, и теперь ей предстояло самой заботиться о себе.

Но как ни старалась Настя спрятать глодавшую ее боль, выражение лица и редкая улыбка девушки говорили сами на себя. Из-за этого постоянно вокруг нее образовывался вакуум: ведь люди инстинктивно чувствуют несчастье, а поскольку оно заразительно, невольно отдаляются от его источника. Даже пес Соколик, мгновенно признавший Наташку, − когда к нему обращалась Настя, поджимал хвост и сразу забирался в будку. Предложенную Настей конфету он вежливо съедал и тут же стремился удалиться, категорически отказываясь подать лапу, хотя Наташке давал любую из четырех.

Когда наступила середина августа, Настя совсем упала духом. Мысль о том, что с четырнадцатого по шестнадцатое числа этого месяца Вадим, возможно, будет ждать ее возле их Амура, как они когда-то договорились, едва не сводила ее с ума. Она ожесточенно гнала мысль прочь, убеждая себя, что все кончено, кончено навсегда, как не стыдно даже думать об этом, − но она возвращалась все снова и снова. Наташка всеми силами старалась отвлечь подругу от тягостных переживаний, но даже ей это было не под силу. Только лес с его приветливыми соснами и благодатной тишиной вносили в Настину душу некоторое умиротворение.

Наконец наступил день прощания с добрым лесом и людьми, к которым они так привязались. Теперь уже у Наташки настроение с самого утра стремительно портилось, − ведь скоро, очень скоро она должна расстаться с подругой, к которой так приросла, что дня не могла прожить без нее. Всю дорогу до столицы Наташка сидела туча тучей, изо всех сил стараясь не плакать, − но на перроне уже ревела белугой, вытирая ладонями обильно струившиеся слезы и некрасиво шмыгая носом. Настя с дядей утешали ее, как могли, и еле-еле затолкали в вагон, с трудом оторвав от подруги.

− Дай слово, что никогда не забудешь меня, что будешь вспоминать каждый день! − проорала Наташка, повиснув на ступеньке вагона. Разгневанная проводница все пыталась затащить ее в вагон, но та только отмахивалась. − Буду, буду! Конечно, буду! Иди в купе! − Настя со страхом наблюдала, как Наташка все вытягивала шею, стараясь подольше не упускать подругу из виду. Но вот поезд пошел быстрее, последний взмах руки − и Наташкин вагон, уносимый на юг мощным локомотивом, пропал из виду.

− Не надо так переживать, − подбадривал Юрий грустную племянницу. − Исполняется твоя мечта: ты будешь учиться в Петербурге, у тебя появится много новых друзей. А подруга − ну что тут поделаешь? Будете созваниваться, может, когда и повидаетесь, погостите друг у друга, − но судьба-то у каждой своя. Если ваша дружба настоящая, не потеряетесь. Сейчас заправимся и потихоньку покатим. Ты хоть знаешь, где в Питере твой университет располагается.

− Знаю, в Петергофе. Знаю даже, как туда проехать − от Наташи на метро, а потом маршруткой.
− О, Петергоф – красивейшее место. Кем же ты станешь, когда выучишься?
− Наверно, учительницей. Если с наукой не получится. Но я буду стараться. Мне профессор Туржанская, − она у нас математику в лицее преподавала, − дала рекомендательные письма к знакомым профессорам и даже к одному академику, чтобы они помогли мне определиться с научной темой уже на первом курсе.
− Значит, математиком решила заделаться?
− Нет, я займусь физикой. Туржанская сказала, что в ней более перспективные направления. Хочу попробовать заняться нанотехнологиями, − у них такое будущее!
− Что за зверь такой?
− О, дядя Юра, это так интересно! Нанотехнология − это создание механизмов размерами с молекулу. Когда-нибудь они изменят всю жизнь людей.
− Умничка ты наша! Ну, что ж, старайся, может, чего и добьешься. Эх, Натальин Юрка, племянник твой, даром, что старше тетки, а лодырь, каких поискать. Еле-еле на трояки тянется. Ему бы только по горам мотаться. Хотел быть геологом, так Наталья запихнула его в экономический, − вот мучается теперь с ним. Она тебе уже комнату приготовила. Нина договорилась, чтобы деньги за квартиру тебе переводили до востребования.
− Я их сразу сестре буду отдавать.
− Нет, Наталье ты будешь отдавать часть квартплаты, а остальное себе оставляй. Ты молодая, тебе одеваться надо, и на всякие мелочи деньги нужны: на учебники или еще что. Ну, когда там продукты купишь, − договоритесь. Олег тоже обещал помогать по возможности.
− Да у него теперь ребенок и жена молодая, ему самому хватать не будет.
− Так у ее папаши денег немерено. Он же ферму держит − куркуль нераскулаченный. Эх, надо же, как все обернулось. Кто бы раньше сказал, не поверил бы.
− Маме еще до замужества цыганка нагадала, что отец ее бросит и женится на молодой. А мама только посмеялась над ее словами. Откуда они все знают − эти цыганки?
− Интуиция у них. Да проезжай, проезжай, я тебе не мешаю! − прокричал он отчаянно сигналившему «Жигуленку». − Две полосы, а ему места мало. Торопится сильно. А мы не торопимся, − доедем, не спеша. Поспешишь − людей насмешишь, верно говорю?

В Петербурге двоюродная сестра приготовила Насте сюрприз: богато накрытый праздничный стол с подарками. Настя и думать забыла про свое совершеннолетие, − ну кого теперь это может интересовать? Оказывается, нет, любящие родственники не забыли и даже подарки приготовили: джинсовый костюмчик и такую же сумку. А вечером позвонили отец, Наташка и бабушка − все поздравили ее с днем рождения и пожелали здоровья, отличной учебы и большого счастья в личной жизни. В ответ Настя только печально вздохнула.
Отец сообщил, что передал с Ниной деньги и что мальчика назвали Валериком. И выразил слабую надежду, что Настя его когда-нибудь полюбит: ведь малыш ей не чужой и ни в чем перед ней не виноват. Никогда! − мрачно подумала Настя, − Валерик, почти вареник, тоже имя придумали. Зачем он мне все это говорит, − неужели не понимает, что делает мне больно? А может, хочет меня постепенно приучить к мысли, что обратного пути нет. Так я и не надеюсь. Она сухо поблагодарила отца и положила трубку.

Бабушка прокричала, что мать опять звонила, голос на удивление веселый, но где она обретается, не сообщила, сказала только, что теперь ей хорошо. А от подруги Настя услышала только одни охи да вздохи. Подарок − дорогую авторучку и красивую рамку со своей фотографией − та ей уже подарила перед расставанием и теперь только стенала да жаловалась на судьбу. А чего жаловаться? − поступила в свой ненаглядный мед, и братец, наконец, объявился. Похвасталась, что Никиту направляют в Москву, в Академию МВД, где перед ним открываются блестящие перспективы. Отец с матерью благополучно работают, и дома все в порядке. А по ночам под окном соловьи поют − чего жаловаться на жизнь? Поэтому Настя посоветовала подруге не мучиться дурью, а учиться изо всех сил, чтобы стать хорошим врачом.
На следующий день Настя отправилась в университет. Дорогу она знала, − ведь позапрошлым летом они с Вадимом там уже побывали. В деканате сообщили номер ее группы и поинтересовались, нуждается ли она в общежитии. Известие, что новоиспеченная студентка в жилье не нуждается, приняли с видимым облегчением: мест в общежитии не хватало, но медалистов обязаны были обеспечивать в первую очередь. Выдали зачетную книжку и посоветовали немедленно записаться в библиотеку, пока там нет столпотворения.
Нагрузившись учебниками, Настя поехала домой. Там выгрузила сумку и отправилась на почту за бабушкиными посылками, − квитанцию на них доставили сегодня утром. Получив три огромных коробки, Настя растерялась. Что с ними делать, ведь даже до такси ей их не дотащить. Наконец, сообразив, позвонила домой племяннику Юре. Тот, охотно согласился помочь «тете Насте», которая была моложе его на два года. Примчался за вкусными коробками с приятелем и помог доставить их домой. Дома они проворно распаковали коробки и в один присест опустошили трехлитровый баллон с консервированными «синенькими», заедая их черным хлебом и постанывая от удовольствия.

Направляясь первого сентября в университет, Настя немного трусила. Но на первой же лекции быстро освоилась и успокоилась: в группе было всего восемнадцать человек и почти все приезжие. На лекции по математическому анализу читали уже знакомый Насте материал, − все это они учили с Туржанской на математическом кружке. Настя несколько раз удачно ответила на вопросы лектора и удостоилась его одобрительной улыбки. После лекции он подозвал Настю.

− Откуда вы, прелестное дитя? − поинтересовался лектор. − И кто вас так хорошо научил математике?
Настя назвала свой город и сказала, что ее учила профессор Туржанская − бывшая жительница Петербурга.
− Ольга Дмитриевна? − воскликнул преподаватель. − Положительно, мир тесен! Я с ней в аспирантуре учился. Как она поживает? Как ее дочь − уже, наверно, большая девушка?
− Хорошо. Ольга Дмитриевна у меня в лицее преподавала и посоветовала сюда поступать. − Настя, осмелев, совсем перестала дичиться. − А ее дочка тоже в этом году школу окончила. Знаю, что она собиралась у нас поступать в Политехнический институт. Наверно, поступила, ведь у нее золотая медаль.
− Ну, увидите или созвонитесь, передавайте от меня большой привет. Скажите, что ее бывший научный руководитель, академик Воронов, теперь проректор − ей будет приятно это услышать. Она когда-то была его любимицей. Да, как быстро летит время. Уже дочка Оленьки студентка. Ну, удачи вам, девушка. − И, сложив в папку конспект лекции, он удалился. А Настя поспешила на физику.

Но не все пошло гладко: с научной работой Настя никак не могла определиться. Когда она обратилось к профессорам, которых ей посоветовала Туржанская, те, сославшись на занятость, отказали. Оставался академик Воронов, но идти к нему Настя трусила. Такой занятый человек, − а тут какая-то первокурсница. Наконец, она решилась набрать номер Туржанской: может, та подскажет, к кому еще можно обратиться. Но к великому удивлению узнала, что в квартире Ольги Дмитриевны теперь проживают совсем другие люди, понятия не имевшие, куда девалась прежняя хозяйка.

Настя растерянно положила трубку. Значит, Ольга Дмитриевна там уже не живет? Она набрала номер деканата. Услышанное поразило ее еще больше: профессор Туржанская не вышла на работу, а ее дочь не появилась в группе, − а главное, никому не известно их местопребывание.

Вот это да, подумала Настя. Люди исчезли, и никто не знает, где они. Может, Димка Рокотов в курсе, он же с Леной Туржанской учился в одном классе, и у них была любовь. Уж он то, наверняка, знает. Но Димкиного телефона у Насти не было. Тогда она решила позвонить Ирочке Соколовой, − ведь та раньше училась с Димкой и всегда была в курсе всех событий.

− Тут такие дела! − закричала Ирочка в трубку услышав Настин вопрос, − просто, обалдеть! Короче, Димка Ленке изменил с какой-то девкой, просто, потрахаться захотел. Это было в студенческом лагере, еще в начале августа. А бывший Ленкин ухажер Генка Гнилицкий, − она с ним дружила еще до Димки, − пронюхал про это дело и притащил Ленку полюбоваться. И после этого Ленка с матерью и тот самый ухажер, − он за Ленкой еще с детского сада бегал и все мечтал ее с Димкой разбить, − так вот, все они, просто, испарились. Димка чуть не рехнулся, − все бегал по их знакомым и в Адресном бюро ошивался, даже в розыск подавал. Бесполезно. В общем, он так пометался, а потом с горя скоропостижно женился на Маринке Башкатовой. Маринка теперь на седьмом небе от счастья − она же по нему с самого начала сохла. И вот дождалась. А ты как? Как там Питер?

− Питер стоит, а я учусь. − сдержанно ответила Настя. − Наталью видишь?
− Конечно! Каждый день. Мы же с ней в одной группе, а ты что − не знала? И Танька Юдина тоже с нами. Наташка у нас первая по учебе − чувствуется твоя закалка.
− А как у тебя с Сашей Олениным? По-прежнему встречаетесь?
− С Сашей замечательно! Он… он, просто, солнце! Мы договорились, что через год поженимся. Мы бы и сейчас поженились, но предки против. Говорят: не раньше третьего курса. А то, мол, вам учеба в голову не полезет. Да я бы в сто раз лучше училась, если бы он был под боком. Я бы тогда не дергалась: где он, с кем он. Но им разве докажешь. Ну ладно, давай прощаться, − а то у тебя деньги на мобиле кончатся. Звони!

Ирочка отключилась, а Настя еще долго переживала услышанное. Значит, с Ольгой Дмитриевной теперь даже не посоветуешься. А ведь она сама предлагала помощь, говорила, что Настины успехи ей небезразличны. Как же теперь быть? И куда она могла подеваться, − если даже Адресное бюро не может ее найти? А вдруг с ней и дочкой что-то плохое случилось?

Что же делать? Может, все же обратиться к Воронову? Может, Борис Матвеевич что-нибудь о ней знает? Она же его бывшая любимая аспирантка. И у них по-прежнему остались общие научные интересы. Да, остается Воронов, больше не к кому.

Однако попасть к проректору Насте удалось не сразу. Только с третьей попытки она смогла записаться к нему на прием. Но когда в назначенное время пришла в приемную, секретарь объявила, что Воронов улетел в Москву и будет не ранее, чем через десять дней. Делать нечего − пришлось ждать еще больше недели.
И все-таки она дождалась. Добрая секретарша позвонила ей на сотовый, − Настя предусмотрительно отставила той свой номер, − и сообщила, что Борис Матвеевич у себя в кабинете. И если Настя хочет к нему попасть, то сейчас самое время. Пришлось бросить очередь в библиотеке и нестись на второй этаж. Когда Настя робко вошла, Воронов, седой мужчина с пронзительным взглядом больших черных глаз, встал и вежливо пододвинул девушке стул, приглашая садиться. Настя назвала себя и нерешительно протянула ему письмо Туржанской. Увидев знакомую фамилию, Воронов заулыбался и даже как-то посветлел лицом. Прочитав послание, он пытливо взглянул на Настю:
− Значит, вы хотите заниматься наукой с первого курса? А не рано? Может, вначале втянетесь в учебу, вникните в теорию? Предметы у вас непростые, а первая сессия − сильный стресс.

− Но я справляюсь. − Настя изо всех сил старалась сдерживать волнение, хотя у нее внутри все дрожало. − Я уже почти все зачеты досрочно посдавала. Ольга Дмитриевна мне говорила, что она тоже начала заниматься наукой на первом курсе, и мне советовала так поступить.
− Да, эта девушка была весьма настойчива. − Воронов снова улыбнулся и ностальгически вздохнул. − Давненько это было! Хорошие были времена. Значит, она теперь вас вместо себя прислала. Чтобы я не заскучал.
− Она мне обещала помощь, а сама куда-то пропала. В нашем городе никто не знает, где она. Борис Матвеевич, может, вы знаете? − Настя с надеждой взглянула на академика.

Тот встал из-за стола, подошел к окну и долго стоял, повернувшись к Насте спиной. Потом обернулся.

− Даже не знаю, как поступить, − с растерянным выражением произнес он, разводя руками. − Врать не люблю, а правду сказать не имею права.
− Значит, вы знаете? − Настя даже вскочила. − Борис Матвеевич, я никому не скажу. Клянусь! Я так люблю Ольгу Дмитриевну, она для меня всегда была примером.
− Но я же не сказал, знаю или не знаю. Поймите, милая, я не имею права ответить вам на ваш вопрос. Одно скажу: вы никогда ее больше не увидите. Ни ее, ни Леночку. Поэтому, забудьте их и живите, как будто вы их не знали.
− Но они живы?
− Экая вы настойчивая! Ну, живы, живы − это все, что я могу сказать. И умоляю: о нашем разговоре никому ни слова. Обещаете?
− Конечно! Обещаю, никому и никогда. Только это так странно. Борис Матвеевич, а как же мне теперь быть?
− Вам я, конечно, помогу, раз она за вас так просит. − И он нажал на кнопку селектора:
− Наденька, сейчас к тебе подойдет очаровательная девушка, возьми ее под свое крыло. Подумай над научной темой, какая ей под силу, но чтобы с перспективой. Да, да, там медаль и очень хорошие отзывы, не беспокойся. В общем, я на тебя рассчитываю. И держи меня в курсе ее дел. Договорились?
− Ну вот, красавица, просьбу Оленьки я выполнил. Теперь все зависит от вас. Вот моя визитка, − если будут проблемы, звоните. А сейчас ступайте в лабораторию компьютерных технологий. Спросите Надежду Васильевну, скажите, что от меня. И помните о нашем уговоре и вашем обещании.
Он проводил ее до двери и пожелал успехов.

Глава 34. Все делается во имя любви
Перейти в оглавление



ссылки
Новые записи:
С Днем Победы! ПОБЕДА! Май 19... (4)
ДИАГНОЗ ПО ДЕНЬГАМ (1)
Пасхальная радость (12)
22 апреля - Международный ден... (6)
Великие люди планеты. (4)
Кто на ракете, кто пешком. (8)
С Масленицей! Из истории праз... (3)
С праздником, дорогие женщины! (6)
Стихотворение: "Воспоминания" (4)
А с чем рифмуется весна? (14)
1208
1
vedvalya@ya
#1 | 08.06.2015 | 16:52 | 0 [Материал]
Цитата
...судьба-то у каждой своя. Если ваша дружба настоящая, не потеряетесь.
 Настоящая дружба все перетерпит!




БУДЬТЕ С НАМИ
Регистрация
Подписка
Вход на сайт
Используя cайт, Вы соглашаетесь с Правилами Портала.
Запрещается использовать сайт детям до 12 лет (12+)
E-mail администратора admin@easyen.ru
ИП Соловьев Павел Евгеньевич, ИНН 432909221321.


Нашли ошибку?
Выделите ошибку мышью
и нажмите Ctrl+Enter (?)
Наши соцсети